AI Architect. Восемь лет в инженерии. Четыре из них — в командах России, США и Канады.
Системы, которые продолжают работать через десять-двадцать лет после запуска — без переписывания и без ночных сюрпризов.
Страна, которая внезапно оказалась
в центре нового цифрового маршрута.
Пять лет назад в IT-чатах никто не упоминал Ташкент. Сегодня здесь открывают офисы ByteDance, Wildberries, Yandex, Visa. Это не случайность.
Новый перекрёсток. Мир в напряжении — Узбекистан спокоен и одинаково ровно разговаривает с США, Китаем, Россией, ЕС, Турцией, Заливом. Такая позиция сейчас — редкость.
Молодая страна, три языка, открытое окно. Медиана — 28 лет. Русский даёт выход на весь СНГ, английский — на США и международных клиентов, узбекский — на тюркоязычный мир. Дубай и Европа в турбулентности — миграция, регуляция, цены. А здесь IT Visa, низкий налог и инфраструктура, которая строится впервые.
Окно открыто. В такие окна обычно успевают втащить хайп и забыть про фундамент. Меня интересует обратное — системы, которые не просят внимания. Не теряют ни одной записи. Помнят каждое задание — даже если ночью выключили свет. Работают даже через десять лет — когда команды, которая их писала, уже нет.
Я работал в командах, которые подобную инфраструктуру строят уже десятилетиями — в России, США и Канаде. Этот опыт можно применить здесь, не повторяя их ошибок.
Резонирует? Связаться в Telegram →
Архитектура — это искусство, что строится на долгие годы.
Четыре принципа, по которым я её строю.
Перед любой технологией стоят люди, которые ей будут пользоваться. Что они на самом деле пытаются сделать. Зачем они включают эту систему по утрам. Без этого даже идеально спроектированная архитектура решает не ту задачу. С этим — даже простая система становится незаменимой.
Любая система должна быть готова к реальной нагрузке и реальным проверкам сразу, а не «доделаем потом». Резервное копирование, мониторинг, журнал аудита, защита от сбоев, восстановление после аварий — это не вторая фаза проекта. Это фундамент. Без него через год система превращается в источник проблем, который страшно трогать.
Дополнительные серверы, очереди задач, резервные узлы — добавляются, когда без них действительно не справиться. Не потому, что «так модно». Простое решение, которое работает, лучше сложного, которое выглядит впечатляюще.
Языковые модели иногда ошибаются и сочиняют факты. Поэтому в серьёзной системе ИИ закрыт тестами и метриками качества, а рядом всегда есть проверенное классическое решение — на случай, когда модель ошибается. Чудес здесь нет — есть инженерия.
Это база. Многие просто
не знают.
Я использую подходы, которые иногда выглядят непривычно. Например, музыку для изучения языка. Это не оригинальность — это фундамент. Английский алфавит взрослые помнят не из учебника, а из песенки «ABCDEFG». Считать дети учатся не по таблице, а через «раз-два-три-четыре-пять, вышел зайчик погулять». «Billie Jean» помнят миллиарды людей наизусть — а лекцию из университета не помнит почти никто. Это не случайность.
Мозг изначально устроен под ритм, мелодию и повторение — а не под параграфы и таблицы. Первый язык ребёнок осваивает через песни и интонацию, не через грамматику. В серьёзном обучении взрослых эта база чаще всего пропущена.
База часто кажется «слишком простой» и поэтому остаётся в стороне. А именно она и работает десятилетиями.
Резонирует? Напишите в Telegram →
ARA должна работать без сбоев десятилетие. Vocoplay — удерживать внимание три минуты в день. Третье направление — открытое приглашение научным командам в био, нано и регулируемом R&D.
Загрузите 10 000 документов. Через час они проиндексированы, размечены и готовы к ИИ-вопросам. Три языка: узбекский, русский, английский. PDF, фотографии, сканы. Поиск по словам, по смыслу или вместе. Суммы, даты, реквизиты, номера договоров — извлекаются автоматически.
Развёртывается на ваших собственных серверах — документы не уходят в чужие облака. Журнал аудита фиксирует каждое действие пользователя и переживает проверку через десять лет.
Учите язык так же, как ребёнок — через песни, которые ИИ генерирует под вас. Shadowing (повторение за носителем) превращает прослушивание в активную тренировку. Скучное упражнение становится тем, к чему возвращаются добровольно. Подход выглядит несерьёзно — а это именно та база, через которую каждый из нас выучил первый язык.
Я сам учу через него китайский. Это про то самое — заметить очевидное, мимо которого все прошли, и превратить в продукт.
Лабораторная и R&D-инфраструктура, которая проходит GxP с первого аудита. Биоинженерия и нанотех, биохимия и биотехнология, mRNA и секвенирование генов, картирование белков, computer-aided design — данные с приборов, версионированные протоколы, аудит-след по ALCOA+ и 21 CFR Part 11. Встроено, а не приклеено.
Это направление я не веду в одиночку — ищу научных партнёров: биоинженеров, биохимиков, молекулярных биологов и генетиков, разработчиков CAD-моделей, специалистов по нанотех и медоборудованию. Моя часть — инженерная: сбор данных с приборов, версионирование протоколов, валидированное хранилище, аудит-журнал. Партнёрская часть — наука и клинический контекст. Если у вас лаборатория, R&D-проект или продукт на пути к регуляторному одобрению — напишите.
Четыре области, где я отвечаю за результат целиком.
Базы данных, которые не теряют записи. Очереди задач, которые помнят каждое задание. Восстановление после сбоев — встроенное, а не приклеенное. Фундамент, на котором держится всё остальное.
LLM, OCR, STT/TTS, генерация аудио на open-source моделях. Архитектура с тестами на регрессию, метриками качества и классическим решением рядом — на случай, когда модель ошибается. Без слепой веры в чужой API.
От идеи до запуска: бэкенд, мобильное приложение, бот, дашборд, бренд. Не «MVP за выходные», а продукт, который человек захочет открыть второй раз. Архитектура, инженерия, UX, текст, логотип.
Зависимости — это инструмент, а не зло. SaaS, API, готовое решение иногда экономят месяцы. Вопрос не «брать или нет», а «какие можно откатить через год, а какие въедутся в архитектуру навсегда». Покажу, где можно срезать ради скорости, а где это будет стоить пяти лет жизни.
Не fixed-price. Зависит от задачи и среды. Первый разговор — 30 минут, без обязательств — там и оцениваем.
Оценка — до недели. Прототип — 4–9 недель. Полная система — 2–9 месяцев. Срочные MVP за неделю не беру — такие сроки обычно ведут к долгу, который потом сложно вернуть.
Гибридно. База — Ташкент. Для проектов с повышенными требованиями к безопасности — на месте, в защищённом контуре. Для остального — удалённо.
Соберу команду, подключусь к вашей или соберём комбинацию (ядро от меня + ваши люди с обучением). Главное — не оставить вас с системой, которую некому поддерживать.
Отвечаю в течение 24 часов. Первый разговор — 30 минут, без обязательств.